В новой статье, опубликованной в журнале Intelligence and National Security, исследователь Эндрю Заммит анализирует эволюцию полномочий Австралийской организации безопасности и разведки (ASIO) и приходит к выводу, что современная модель противодействия иностранному вмешательству стала результатом не только изменения характера угроз, но и многолетней институциональной трансформации всей системы национальной безопасности. По мнению автора, ключевым фактором стало изменение механизмов разработки и принятия решений в сфере безопасности, сформировавшихся после террористических атак 11 сентября 2001 года.
Автор отмечает, что в период холодной войны реформы ASIO были направлены преимущественно на ограничение полномочий спецслужбы, усиление парламентского и судебного контроля и предотвращение политизации разведывательной деятельности. Однако после 2018 года Австралия перешла к противоположной модели: были приняты законы, криминализирующие иностранное вмешательство, существенно расширены полномочия ASIO, усилено взаимодействие с правоохранительными органами и созданы новые механизмы сотрудничества с университетами, государственными учреждениями и другими организациями для выявления и предотвращения попыток внешнего влияния.
По оценке исследователя, распространённое объяснение этих реформ исключительно ростом активности иностранных государств, прежде всего Китая, а также влиянием сообщений о вмешательстве России в выборы в США, является неполным. Он считает, что решающую роль сыграли сформировавшиеся после 2001 года институциональные процедуры реформирования разведывательного сообщества, позволившие значительно быстрее принимать законодательные изменения и расширять инструменты спецслужб при возникновении новых угроз.
Отдельно автор сравнивает Австралию с другими странами разведывательного альянса Five Eyes и приходит к выводу, что именно накопленный опыт контртеррористических реформ позволил Канберре быстрее, чем Канаде и Новой Зеландии, адаптировать законодательство к противодействию иностранному вмешательству. В качестве основного вывода подчёркивается, что современная роль ASIO сформировалась на стыке внешнеполитических вызовов и длительной институциональной эволюции, в результате которой противодействие иностранному вмешательству превратилось в одно из центральных направлений деятельности австралийской контрразведки.
Автор отмечает, что в период холодной войны реформы ASIO были направлены преимущественно на ограничение полномочий спецслужбы, усиление парламентского и судебного контроля и предотвращение политизации разведывательной деятельности. Однако после 2018 года Австралия перешла к противоположной модели: были приняты законы, криминализирующие иностранное вмешательство, существенно расширены полномочия ASIO, усилено взаимодействие с правоохранительными органами и созданы новые механизмы сотрудничества с университетами, государственными учреждениями и другими организациями для выявления и предотвращения попыток внешнего влияния.
По оценке исследователя, распространённое объяснение этих реформ исключительно ростом активности иностранных государств, прежде всего Китая, а также влиянием сообщений о вмешательстве России в выборы в США, является неполным. Он считает, что решающую роль сыграли сформировавшиеся после 2001 года институциональные процедуры реформирования разведывательного сообщества, позволившие значительно быстрее принимать законодательные изменения и расширять инструменты спецслужб при возникновении новых угроз.
Отдельно автор сравнивает Австралию с другими странами разведывательного альянса Five Eyes и приходит к выводу, что именно накопленный опыт контртеррористических реформ позволил Канберре быстрее, чем Канаде и Новой Зеландии, адаптировать законодательство к противодействию иностранному вмешательству. В качестве основного вывода подчёркивается, что современная роль ASIO сформировалась на стыке внешнеполитических вызовов и длительной институциональной эволюции, в результате которой противодействие иностранному вмешательству превратилось в одно из центральных направлений деятельности австралийской контрразведки.